Уже сквозь сон она почувствовала, что ее несут чьи-то сильные руки. Дурман прошел, она снова была только Мэрилин, и с ней происходило что-то необычное. Теперь уже терпкий запах трав смешивался с резким запахом опасности — настоящей опасности, но не такой, которая убивает, а той, что щекочет нервы и заставляет жить полной жизнью. Совершенно неизведанное для Мэрилин состояние, и такое волнующее, что сердце ее забилось так же быстро, как и то сердце, что давало силу крепко обхватившим ее рукам.

— Только не открывайте глаза! — горячее дыхание чуть не обожгло ей ухо, — не думаю, что Вы будете в восторге от того, что Вас окружает…

Знакомый, но не узнанный голос, пока еще не узнанный. Отчаянно захотелось поступить наоборот и открыть глаза, но она не стала этого делать — знала, что голос прав, ей пока лучше всего не видеть.

И тут владелец голоса побежал, прижав к груди свою ценную ношу.

* * *

Трудно сказать, сколько они бежали, а Мэрилин казалось — просто летели со скоростью ветра, но пришел момент, когда их бег окончился. Мэрилин почувствовала, как ее опустили на пол, и снова услышала знакомый, но не узнанный голос:

— Ну, вот мы и прибыли! Теперь можно смотреть!

Ресницы Мэрилин дрогнули и она слегка приоткрыла глаза, но тут же распахнула их настежь и побледнела — тут было отчего испугаться даже повидавшему виды путешественнику, не то, что юной девушке! Она находилась на верхней террасе огромной крепости — такой высокой, что далеко внизу была не земля, а облака! Не было вокруг ни деревьев, ни цветов — лишь чистый воздух, да крепкий камень стен. Сильный ветер трепал ее каштановые волосы, похожие сейчас два темных крыла, но Мэрилин не хотелось летать, напротив — ей отчаянно захотелось почувствовать под ногами твердую землю, или хотя бы…