- Полчаса ничего не изменят, верно? - Смотря в какой ситуации. - Гаррет, когда мне чего-то по-настоящему хочется, я могу по-настоящему заупрямиться. - Не сомневаюсь. Надеюсь, твое упрямство тебе не изменит, если вдруг выяснится, что не все идет гладко. - Гладко? Это что, может быть опасно? - Шутишь? Не хотелось бы разыгрывать мелодраму, - ну ты даешь, Гаррет! - но вполне может быть, что золото лежит в узкой, глубокой и мрачной долине, по которой нам придется пройти. Амбер взглянула на меня своими огромными глазами, в которых запросто можно было утонуть, затем ослепительно улыбнулась. - Держи у мула перед носом морковку, и он полезет даже на голый склон. Так-так. Ответ не то чтобы с ходу, но по делу. Из коридора на нас смотрел старина Дин, отрабатывавший, похоже, очередную гримасу. Я похлопал Амбер пониже спины. - Молодец, малышка, так держать. Не забудь, я выйду через полчаса. Не хотелось бы слишком долго торчать под окнами. Она повернулась и подарила мне поцелуй, от которого захолонуло бы в груди не только у меня, но и у старины Дина. Наконец оторвалась, подмигнула и выскользнула за дверь.

ГЛАВА 14

Я вернулся в кабинет и пропустил кружечку холодного пива, чтобы укрепить дух. Наливать пришлось самому, поскольку оскорбленный до глубины души моим поведением Дин не замечал меня в упор. Из этого состояния его могли бы вывести только внезапно появившиеся призраки. Я опорожнил кружку, налил вторую, поставил бочонок и направился к Покойнику - сообщить ему последние новости. Он немного побрюзжал, чтобы привести меня в чувство. Я спросил, готов ли он открыть всему свету тайну Слави Дуралейника. Логхир ответил отрицательно и велел мне выметаться, что я и сделал, предположив, что в его гипотезе обнаружились неувязки. Для логхиров с их самомнением неувязки в гипотезе хуже смерти. Я отнес пустую кружку на кухню, после чего поднялся на второй этаж и перевернул вверх дном шкаф, служивший чем-то вроде домашнего арсенала.