— О'кэй. Но учти, девка, если завтра не придешь, мы тебя из-под земли отыщем, и тогда тебе уж точно мало не покажется.
Она села в «Жигули», вытерла повлажневшие глаза. Ничего, выкрутится как-нибудь. Она, Верочка, девушка неглупая. Лишь бы жених ничего не узнал. За «Мерседес» расплатится, а свою машину можно до свадьбы не показывать. Мол, стоит, ждет своего часа. Потом пустить слезу: въехала, мол, в столб по неопытности, хорошо, что цела осталась. Ремонта-то на двести баксов, не больше. Эти деньги она, Верочка, в крайнем случае, найдет. Сэкономит на туфельках, на платье, на косметике. Как-нибудь обойдется. Пять минут позора — это ей не привыкать. Все равно любви нет. Все только норовят попользоваться.
ГЛАВА 3
Под выходные совершенно неожиданно установилась по-летнему теплая погода. Никто и не ожидал, что в сентябре температура поднимется выше двадцати градусов и можно будет снова погреться на солнышке, забыть на несколько дней о том, что приближаются осенние холода. В пятницу вечером машины потоком хлынули за город.
Люба, взволнованная, сидела рядом со Стасом в стареньких «Жигулях» и молча переживала. То, что Стас везет ее под выходные на дачу к родителям, это что-нибудь значит или нет? Ни разу даже в гости не пригласил, а тут на целых два дня, да в загородный домик, где собралась вся семья! Так значит это что-нибудь, или не значит?
— Чего молчишь? — первым спросил Стас.
Они уже полчаса торчали в огромной пробке. Невозможность с нормальной скоростью добраться до нужного места — главный раздражитель для москвичей. Там, где можно потратить на дорогу час, приходится мучиться два, три часа, а то и больше, причем в духоте, лавируя со всей осторожностью между машинами, каждая из которых норовит быть впереди прочих хоть на несколько сантиметров.
— Я никогда не смогу ездить по Москве! — с отчаянием сказала Люба. — Не представляю себя за рулем в этой ужасной пробке!