— Так что за история?

— Какая история? А, ты опять про Борисова! Вообще-то, согласно милицейской этике, я не могу рассказывать тебе тайны подследственных.

Ох, как хитро Стас на нее смотрит! Что ж, один — один. «Жигули» хоть и старенькие, а заводятся с первого раза. Поехали. Дорога длинная, Стас решил ее в центр прокатить. Разве удержится? Скучно молча-то ехать.

— Ну и не рассказывай.

— Раз криминала никакого не нашли, — притворно вздохнул Стас, — то могу и рассказать. Я про жену Борисова, которая погибла три года назад. Несчастный случай: мыла окно и упала с десятого этажа. Маша мыла раму, нынче Маша тама. На кладбище, то есть. А в организме ее, между прочим, при вскрытии обнаружилась большая доза транквилизаторов.

— Борисов?

— Что Борисов? Подсыпал? В квартире они находились вдвоем, свидетелей нет. А ему после смерти жены тещина квартира досталась. Женато на себя наследство оформила. Чтобы, значит, при разводе не делиться.

— Они разводиться собирались?

— Кто знает. Может, и собирались. Квартирку-то он продал, и живет себе припеваючи, нигде не работает. Деньги к концу подойдут, а тут теткино наследство на подходе.

— А что с теткиным наследством?

— Умерла тетка. Скоро полгода будет, как умерла. Пора вступать в законное владение имуществом.

— Тоже упала с десятого этажа?

— У нее был дом в деревне. Одноэтажный. Хотя та деревенька километрах в пятидесяти от Москвы. Место престижное, дачки там хорошие строят.

— От чего ж она умерла?

— Несчастный случай. Повела бычка на пастбище, да цепь вокруг ноги обмоталась. Бычок дернулся, взбрыкнул, понесся пулей, и протащил старушку по земле метров немало. Многочисленные ушибы, в том числе и головы, кровоизлияние в мозг. Много ли ей надо?

— Вот видишь! Борисов тут ни при чем.

— Вообще-то, он именно в этот день гостил у тетки в деревне. Может, он того? Громко свистнул? Скотинка-то и взвилась.