И вот они встретились вновь, лицом к лицу.
Какое-то время – секунды две, не больше, – Ярослав смотрел на капитана в упор, не в силах отвести глаза. Но этого оказалось достаточно. Угрюмо-безразличный в вагоне к посадочной суете, явно уставший и желающий только одного – спокойного отдыха под равномерный стук колес, Береснев боковым зрением ощутил на себе колючий взгляд попутчика. Скосил глаза в сторону от окна… и – Охотник это понял по его стремительно напрягшимся надбровным дугам – почти сразу же узнал своего бывшего «клиента». Беглого убийцу, которого с тридцать седьмого года органам НКВД так и не удалось разыскать. За прошедшие годы Ярослав, тогда еще носивший фамилию матери – Корсак, сильно изменился. Из стройного спортивного юноши с непослушной челкой и презрительно поджатыми губами он превратился во взрослого мужчину, с болезненно-бледным, покрытым пепельной щетиной скуластым лицом и темными кругами, залегшими вокруг глаз. Постарел, заметно осунулся и сам Береснев. Мужчинам оказалось достаточно всего одного, самого первого взгляда друг на друга, чтобы понять, как серьезно била жизнь каждого из них эти годы…
Береснев сжал челюсти, быстро скользнул взглядом по бревном вытянутой под столом негнущейся ноге Ярослава, перевел взгляд на трость с костяной ручкой. Ухмыльнулся надменно, поняв, что поспешного бегства визави в данной ситуации ожидать не стоит. Это значит, что инициатива целиком и полностью находится на его стороне. Процедил, прищурившись гаденько, по-змеиному:
– Ба! Какие люди! Сколько лет, сколько зим. И вдруг такая приятная встреча. Долго же ты от нас бегал… студент.
– Извините, – на лице Охотника не дрогнул ни один мускул. – Вы ошиблись. Мы незнакомы.
– Рожа слегка усохла, но вот голос абсолютно не изменился, – в присущей ему хамской манере заметил Береснев.