— Знаешь, милая, по-моему, они из слоновой кости, — говорит он, показывая миссис Барбер белого слона. У него протяжный выговор уроженца Среднего Запада.

— В Африке никогда не знаешь, где найдешь сокровище, — произношу я тоном царицы Савской.

— Ах! — Миссис Барбер взглядывает на меня. — Ах! — Она подходит ко мне, неуклюже обнимает и разражается слезами. Я смущенно, но очень грациозно переминаюсь с ноги на ногу, как и подобает девушке, пережившей ужас потери трона, семьи и — временно — громадного состояния, вернуть которое помогут мистер и миссис Барбер, считающие, что им крупно повезло.

— Друзья мои, — бормочу я. — Друзья мои!

Мистер Барбер тяжело садится, не выпуская из рук слона. Вид у него ошеломленный. Я мягко высвобождаюсь из пылких объятий миссис Барбер, но она тут же хватает меня за руку. Не без труда подвожу ее к дивану. Мы обе садимся.

— Итак, она, наконец, здесь, — говорит Вуйо. — Как я и обещал вам, она жива и невредима.

— Мы не были уверены. Мы не знали. После всего… — Миссис Барбер не заканчивает фразу и, дрожа всем телом, снова разражается рыданиями.

— На фотографиях вы выглядели по-другому, — говорит мистер Барбер, в чьей тупой голове, наконец, вспыхивает искра подозрения. Если вспомнить, что Вуйо уже вытянул из них почти девяносто тысяч рандов «на оформление документов» — анкет, паспортов, а также на взятки чиновникам и обмен валюты, а требуется еще сто сорок одна тысяча… В общем, подозрения мистера Барбера имеют под собой основания.

— Да, — с достоинством отвечаю я. — Я через многое прошла.

Миссис Барбер хлопает меня по руке, я кладу голову ей на плечо и закрываю глаза, словно вспоминая пережитые мной ужасы. Из клетчатой сумки доносится презрительное фырканье. Я делаю вид, что не слышу.