— Все устроено! — Джерри широко улыбается, как человек, с чьих плеч свалился невероятный груз. Да, сомнение — штука тяжелая. — Можно помочь вам, Фрэнсис? — Он хватает клетчатую сумку, и я не успеваю ему помешать. — Ух ты! Что у вас там — все ваше имущество?

— Джерри! — восклицает ошеломленная Черил.

— Ах, извините, я вовсе не хотел… — Но тут Ленивец, недовольно ворча, высовывает из сумки морду.

Джерри роняет сумку. К счастью, до пола всего пять дюймов, но Ленивец визжит так, будто упал с водопада Виктория.

— Матерь Божья! Что там такое?

— Джерри Барбер! Ты прекрасно знаешь, что там такое! Ах, Фрэнсис, вы должны были нам сразу сказать! — Вуйо незаметно для Барберов гримасничает, намекая на то, что мне лучше быстрее все уладить.

— Мне… было стыдно, — бормочу я.

— Что вы, детка, вам совершенно нечего стыдиться! Это не значит, что вы плохая. Это просто значит, что вы когда-то совершили дурной поступок. — Черил сурово смотрит на Джерри. — Вы умница, славная, хорошая девочка! — В глазах у нее снова блестят слезы.

Мы смотрим вслед Джерри и Черил, которые выезжают со стоянки, забитой «БМВ-Х5» и «Ауди-А4», в своем белом арендованном «фольксвагене-поло». И весело машем руками, пока они не поворачивают за угол.

— А ты и правда умница, — говорит Вуйо, передразнивая Черил.

— Заткнись, Вуйо!

— Надо будет повторить.

— Где мои двадцать процентов?

— Может быть, в следующий раз.

— Я подписывалась только на один раз. Спектакля на бис не будет.

— А как же твой должок? Девяносто четыре тысячи с лишним — сумма немалая.

— Лучше я придумаю для вас другие «рыбы»…

— А я удвою тебе процент.

— А мне плевать!

— Что, уже забыла про своего братца? — коварно спрашивает Вуйо. — Того, который умер?