Я просто ощущал свою чистоту, девственную открытость кожи. И еще чувствовал рядом невероятнейшую из женщин, ее красоту, ее движения, ее танец. Воплощение моих тайных желаний, порождение воображения. Ведь это всего лишь наркоз. Сон. Фикция. Здесь можно все. И я целовал ее губы, глаза, волосы, дышал ее смехом, обнимал ее тело, срывал бесконечно длинный пояс, пока наши рапсодии не разлетелись белыми крыльями, а потом мы любили друг друга на жарком оранжевом песке, рядом с Поющим Мостом, под грустный переливчатый романс вечности.

Она лежала на моих руках в блаженной истоме, и мне не хотелось отпускать ее ни на секунду - хотелось трогать губами розовые соски, ласкать бедра, ловить легкие улыбки, я не мог расстаться с нею ни на миг, а меня поднимали под руки, вели... - Уже все, все закончено. Из стоматологического кабинета меня вежливо, но твердо поддерживая под локоток, вывели в соседнюю комнату, разделенную занавесками на три кабинки. Посадили на топчан. - Приляг, отдохни. Потом тебе все рассчитаем. Отдыхай. С той же корректностью уложили на спину и заботливо укрыли байковым одеялом...

3. Сын убывающей Луны.

- Поднимайся, скоро настанет вечер, - услышал я, и прохладная ладонь нежно коснулась моей щеки. - Ты меня слышишь, Лунный Охотник? - Как? - я невольно вздрогнул и открыл глаза. Тхеу сидела на коленях рядом и нежными, невесомыми движениями ласкала мое обнаженное тело. На губах ее блуждала мягкая, задумчивая улыбка. А за спиной выгибался Поющий Мост. Уже давно накрыла нас тень от высокой стены ущелья, и только сияющие верхушки скал подсказывали, что яркое солнце еще не покинуло неба. - Проснулся? - она пригладила мне волосы. - Поднимайся, пора. - Сон... - это был всего лишь сон! Похоже, листья, которые мы жевали перед танцем, обладали сильным галлюциногенным эффектом. Я поймал ее руку и прикоснулся губами к ладони. - Как хорошо, что ты существуешь на самом деле. А то мне такое причудилось... Она засмеялась и вдруг с внезапной силой прижала меня к груди...