- Так точно.

- Проваливай от сюда.

Я спешно отобрал шестерых, хорошо подготовленных морских пловцов, знающих английский язык, и только сел с оперативниками разрабатывать маршрут, когда меня вызвали в разведуправление.

Седой капитан первого ранга сидел за столом и покуривая "Винстон", допрашивал.

- И куда теперь, двинешся?

- Надеюсь на вашу помощь. Со спутника можно узнать куда "Ричленд" пошел?

- Можно, но мы и так знаем куда, на Гуам.

- На Гуам. Но почему на Гуам?

- Ракета-то взорвется при разборке и американцы это знают, а на Гуаме их база и хорошие лаборатории. Там можно все сделать. Ты хоть представляешь, как можно попасть на Гуам?

Я склонился над картой, любезно представленной капитаном.

- Сейчас рейсовым самолетом махнем в Манилу, потом зафрахтуем легкий самолет и до ближайшего к Гуаму острову, а там на катере вплавь до базы.

- Подсчитаем. Значит, до Манилы четыре часа, пол дня возни в городе, это пять часов, два часа лета до ближайшего острова, четыре часа пути до Гуама, плюс резерв на непредвиденные остановки - два часа, итого: семнадцать часов. Когда по твоим расчетам "Ричленд" подойдет к базе?

- Чуть больше двух суток. Но меня сейчас тревожит одна мысль. Не могут ли они все же разбирать головку прямо на корабле?

- Не тревожься. Она неразборна и снабжена самовзрывателями. Для того, что бы ее разобрать нужно уникальное оборудование.

- Его что, на корабле нельзя поставить?

- Нет. Это целая фабрика холода до температуры ниже температуры жидкого азота, плюс специальная оснастка, выдерживающая этот холод, для сверления корпуса и вывертывания начинки из него.

- Если это не секрет, почему при таком холоде можно не взорваться?

- Нет это не секрет, даже американцы знают. Дело в том что, что стоящая теплоизоляция корпуса выдержит и плюсовую и минусовую температуру. Но если ее нарушить, то есть просверлить, то вся пластмасса и все синтетические прокладки от низких температур либо полопаются, либо разрушаться. Питание на взрыватели отключиться и все...