Мы уловили летящую ракету, повели ее и тут капитан закричал.

- Смотрите, они уже поняли, что мы их обманываем, все рассчитали и поворачивают на нужный курс.

- Тогда жмем на этот курс и мы.

Как там 36?

К свалке большинство кораблей запоздало. 36 уже поднял ракету, только в море зловеще пылал чей-то катер, да маячили оранжевые лохмотья надувной лодки.

Недалеко стоял итальянец. Его орудия злобно шевелились в нашу сторону.

- Капитан, - обратился ко мне капитан сторожевика, - итальянцы бранятся. Сейчас сигнальщики сообщили, что они не оставят это дело просто так и выражают протест по поводу гибели людей.

- Выразите им свое соболезнование. Лучше запросите наших. Чей катер горит и нужна ли помощь?

- Они отвечают, что это катер итальянский, а второй, их же, утонул. У нас пятеро раненых, один тяжело и он в реанимации.

Несколько вертолетов НАТО неслись к итальянцу. Мы увидели, как на палубе в крылатые машины затаскивали раненых и вертолеты уходили на Юг.

Малая война на море разгорелась не на шутку.

- Расскажите, что произошло? - спросил я Макарова.

- Понимаете, товарищ капитан, четно говоря, мы запоздали, итальянец оказался раньше. Они уже прикрутили к катеру ракету и начали буксировку. На наше счастье, их эсминец был еще далеко и мы просто напали на катер. Их второй катер пошел на помощь и тут один из моих ребят жахнул его из гранатомета.

- Они же могли после этого расстрелять вас с эсминца.

- Не могли. Их людей было много в воде. Потом подошел 36 и мы затащили ракету на палубу.

Адмирал слушал мой рапорт и качал головой.

- Еще осталось три запуска, а мы уже получили такие сложности. Думайте капитан, но головки противнику мы отдать не должны. Что еще надо для поддержки ваших действий?

- Хорошо бы выделить три "Орфея" и поставить их на ракетные катера.