- Кривые совпали! - воскликнула вдруг Аура, в ее голосе был слабый отзвук надежды. Кедров покачал головой:

- Они должны были сделать это секунду назад.

- Но почему?! - закричал Михаил и осекся. Он сам понял, почему: следы разбитых геонов проникли в туннель Космотрона, на исчезающе малую величину замедлили скорость протонов.

- Да, да... - глухо бормотал Кедров, глядя на него пустыми глазами, и медленно опускался на пол, чувствуя, как волна раскалывающей боли охватывает мозг.

Все, кто мог, оставили свои места, бросились поднимать его.

- Всеволод!.. дорогой, - умоляла Аура. - Что с тобой?..

Борак осторожно потряс его за плечо:

- Коллега.. Ну, что ты?!. Никто не виноват. Флуктуация Солнца. Спонтанный взрыв. Кто мог предвидеть? - Но голос его дрожал, а взгляд был прикован к раструбу Космотрона. Тот почти скрылся в мерцании энергетических вихрей.

Вдруг космос прорезала ослепительно белая черта.

- Вырвался, - сказал Цыба упавшим голосом. То был протонный луч, способный превратить любую планету Системы в газовую туманность. С горящих равнин Меркурия поднялись невиданные смерчи, на ГАДЭМ обрушились пылевые тучи, металлический град, обломки скал.

- Выключите Космотрон! - умоляла Аура, бессознательно прижимая к груди голову Кедрова. - Остановите!

- А толку что? - мрачно сказал Цыба и потерянно махнул рукой. - Энергия вложена, протоны улетели...

Кедров медленно приходил в себя, шатаясь вставал на ноги. Все услышали его тяжелое, прерывистое дыхание.

- Что с тобой? Что?.. - испуганно спрашивала Аура, пытаясь расстегнуть на нем скафандр.

"Эх, дружище корифей... - с горечью думал Михаил. Его охватило отчаяние. Неужели все рушится?"

Как заводной манекен, Кедров отстранял руки Ауры, а сам рвался к пульту. Наконец он почти упал в кресло. Поймал руку Михаила:

- Помоги... - прохрипел Кедров. - Скорей... Проектор... Микрофильм "Теория тяготения".