д. Тем самым летописец расширяет наши представления о скудном первоисточниками периоде истории Грузии раннего средневековья. Поэтому вполне понятно то сожаление, которое до сих пор высказывают исследователи в связи с отсутствием сколько-нибудь удовлетворительного анализа как начальной части КЦ, так и сочинения Джуаншера Джуаншериани в частности.

По научно обоснованному мнению, история средневековой грузинской литературы делится на четыре периода, каждый из которых соответствует определенному уровню феодальной формации в Грузии[10]. Согласно этой точке зрения, первый период совпадает со становлением раннефеодальных отношений и зарождением письменной культуры в Грузии в V в. и завершается в 80-х гг. X в. Это был период, когда в Картли (Восточная Грузия) в русле «восточного христианства»[11] шел процесс накопления исторических знаний и их приспособления к культурно-политическим запросам развивающейся феодальной грузинской народности. В этот же период были созданы многочисленные произведения раннесредневековой Грузии, имеющие важное источниковое значение для уяснения общественного развития и идеологической ситуации на христианском Востоке. И, несмотря на то, что большая часть письменных памятников этого периода была уничтожена как в процессе иноземных нашествий и погромов, так и в ходе ожесточенных внутренних неурядиц, дошедшие до нас произведения воссоздают довольно красноречивую картину кипучей общественной жизни и культурного строительства в Грузии той эпохи.

Как говорят факты, эволюция исторического жанра в Грузии хронологически не совпадает с установленной К. С. Кекелидзе периодизацией истории грузинской литературы в целом. Очевидно, что здесь необходимы свои критерии.

Сохранились данные, свидетельствующие если не о зарождении исторического жанра в Грузии, то, по крайней мере, о раннем его этапе.