- Ты собираешься стирать? - недоверчиво повторила Хок.

- И помыться - тоже. Это противозаконно?

Она пожала плечами, но, порывшись в недрах фургона, сунула мне в руки свёрток, объясняя:

- Большим куском можешь стирать, маленьким мойся сам.

- Премного благодарен!

Девица вернулась к костру, чтобы подкинуть дров. Принцесса ещё спала, но румянец уже вернулся на её личико, и я мог не волноваться за здоровье наследницы престола.

- Покидаю вас, прекрасные дамы! Но не надейтесь: ненадолго! - я шутливо раскланялся и направил свои стопы в милостиво указанном направлении...

***

...Я не люблю рассветы: они всегда холодные. И закаты не люблю: подступающая к границе света темнота пугает, напоминая о том, что ночь куда могущественнее дня. К тому же, последнее время меня раздражает предопределённая последовательность действий. Ни в коем разе не хочу критиковать природу, но... Почему бы время от времени не нарушать те или иные правила? Жизнь стала бы куда ярче и интереснее, если, закрывая глаза на закате, ты не мог бы ручаться за то, что настанет утро... Впрочем, ленивое желание перевернуть всё с ног на голову не остается навсегда: проходит несколько минут, и я благодарю небо и землю за то, что они живут, и вечно будут жить по простым и неизменным законам. Знать бы ещё, какому пункту в этих законах подчинена моя жизнь...

Лесное озеро оказалось достаточно тёплым для того, чтобы ополоснуться без риска заработать устойчивый насморк. В свёртке я обнаружил два куска застывшей массы, которые при близком знакомстве с водой замечательно пенились, там же нашлась мочалка, огорчительно жёсткая и колючая - пришлось обращаться с ней предельно почтительно и осторожно, но своего я добился: и тело, и одежда обрели если не первозданный, то вполне приемлемый вид. Правда, Хок не удержалась от того, чтобы подшутить над вашим покорным слугой и подсунула в качестве сменного белья тунику, принадлежащую, судя по размерам, самой Матушке.