— У нас своя машина, — сказал Малдер, — мы поедем вслед за вами. Мур улыбнулся:

— Во-первых, как я понял, вы только сегодня прилетели и сразу сели в машину, чтобы отправиться сюда. Так что вам лучше будет отдохнуть, хотя бы и на заднем сиденье. Во-вторых, дороги у нас, мягко говоря, не для вашей машины. Если пойдет дождь, вы завязнете почти мгновенно. Лучше уж на моем грузовике, он словно специально создан для наших лесов.

За окном послышался шум подъезжающего автомобиля.

— Вот и Хамфрис, — сообщил егерь. — Не будем терять времени, берите ваши рюкзаки и кладите их в кузов. Поехали. Мартин, проводи нас.

Но угрюмый напарник и без этого распоряжения уже шел к выходу, держа в руках ружье. За весь ужин он едва сказал одну — две фразы. Его недовольное лицо, в отличие от открытой и симпатичной физиономии Мура, очень не понравилось Скалли, и она в душе радовалась, что Гарриман останется здесь.

Они вышли из дома. Подъехавшая машина остановилась поодаль. Не дожидаясь водителя, Мур и федералы направились прямо к грузовичку, на бортах которого было множество царапин и вмятин от ударов.

— Похоже, дороги здесь действительно отличаются от привычных трасс, — заметила Скалли.

— Да уж, отличаются, — усмехнулся егерь.

— А что это у вас на ветровом стекле? — удивленно спросила молодая женщина. — Камень попал, или это дырка от пули?

— От пули двадцать второго калибра, — спокойно ответил егерь, открывая, ключом дверцу кабины.

— В вас кто-то стрелял? — поинтересовался Малдер тоном, каким спрашивают о здоровье случайно встреченного знакомого.

— Ну, — насмешливо ответил Мур, — метили-то, наверное, в какую-нибудь птицу, а случайно попали в проезжающую мимо машину с эмблемой Федеральной егерской службы на борту. Хотя двадцать вторым калибром здесь особо дичи не набьешь.