Повисла пауза. Старик упёрся в меня пристальным взглядом:

– У Вас ведь амнезия, не так ли?

Словно ледяные пальцы сдавили мне сердце. Не отводя взгляда, я заставил онемевшие губы выговорить:

– С чего Вы взяли?

– Вы спрашивали с утра, что здесь делает Шу. В полдень на вернувшегося к костру Тоэриса посмотрели как на призрак из преисподней. Теперь вот не узнали мою скромную персону… – старик надменно поджал губы, продолжая холодно разглядывать меня словно насекомое через микроскоп. – Что Вы помните, Виктор? Когда это случилось?

Злость закипела во мне. Но я сдержался. Не покраснел, не побледнел:

– Я тронут Вашим беспокойством, но оно не по адресу. Я в полном порядке.

– Правда? А не подскажете тогда, о чём я Вам говорил в первый вечер на катере?

Та-ак, следить за лицом! Приподнять левую бровь, губы вытянуть в улыбке:

– Это допрос?

– Конечно, нет, – доктор сухо усмехнулся. – Прошу прощения за бестактность. С Вашего разрешения, вернусь к коллегам.

– Пожалуйста.

Я отвернулся и посмотрел на кусты, из которых только что вылез очередной член моей экспедиции. Шаги старика стихли в том направлении, откуда доносился приглушённый хохот Птахина. Ужас и злоба одновременно терзали меня. Теперь я завишу от того, решит ли эта высокомерная развалина разболтать остальным, или нет. Откуда же он взялся? Почему именно здесь? Говорит так, словно я их позабыл, а на самом деле они все тут с самого начала. Но уж слишком невероятно совпадение!

А что, если Серёга прав? Сумасбродно, но… Будь что будет, лишь бы разобраться. Лишь бы знать наверняка!

Я снова склонился, едва не касаясь листьев щекою, и негромко, но чётко позвал:

– Эй, там! Выходи!

– Может, хватит на сегодня призывов в пустоту? – спросил кто-то сзади.

Я дёрнулся. На другом краю поляны стоял доктор Гор и внимательно смотрел на меня.