Поляков снова открыл дверь и посторонился, потому что собака вбежала в прихожую.

- Ты чей? - спросил Поляков, не ожидая ответа.

- Я ваш друг, - ответила собака, глядя прямо в глаза. - Не бойтесь, я не кусаюсь.

- Я не боюсь, - сказал Поляков. - Это ты разговариваешь?

- О нет! - воскликнула собака. - Я проглотил магнитофон. - И добавила: - Шутка, конечно.

- Я понимаю, - сказал Поляков. - Я люблю шутки. Будем шутить дальше?

- Можно и позабавиться, но цель моего визита достаточно серьезна, произнесла собака, дожидаясь, когда ее пригласят в комнату.

Что Поляков и сделал жестом руки.

- Чай, кофе? - спросил Михаил. - Сахарную косточку?

- Благодарю вас, я сыт, - ответил пес, усаживаясь в кресло на поджатые задние лапы, а передними упираясь в пол. - Михаил Поляков, если я не ошибаюсь?

- Да, - согласился Поляков. - А вы посол собачьей республики?

- Продолжаем шутить, - спокойно отметил пес. - Ну что ж, шутка - это хорошее лекарство против страха.

- Да нет же, - засмеялся Поляков, - я и в самом деле не боюсь. Конечно, не каждый день приходят говорящие собаки, тем более такие воспитанные.

- Пустяки, - отмахнулся пес, - в конце концов, я не такая уж собака, как это кажется с первого взгляда.

Собачий голос лишь отдаленно напоминал человеческий. Скорее он походил на те искаженные голоса, которыми говорят герои мультфильмов, и порой слова звучали неразборчиво.

- Так чем я могу служить? - осведомился Поляков.

- Отныне я вас нарекаю Виктор-Михаил, - изрек пес. - Вам нравится?

- Не смешно, - сказал Поляков. - Зачем мне второе имя?

- Первое, - не согласился пес. - Впрочем, это неважно. Конечно, немного иная судьба, другие впечатления детства, привычки, - короче - различия в фенотипе, но генотип тот же самый. Вы родились в сорок первом году, вашего отца звали Александром, мать - Ольгой. Так?