Мозг его с бешеной скоростью перебирал и отметал варианты: заточить проволоку, как шило; использовать как гибкую пилу; зажечь виниловую изоляцию; прикинуться повешенным... При мозговом штурме надо все выкладывать, что в голову взбредет, потому что самая нелепая идея может при ближайшем рассмотрении оказаться гениальной. Что ещё можно придумать? Сплести кольчугу; привязать дверь, чтобы никто не вошел; применить провод по назначению - подключить электричество и шарахнуть того, кто сунется...

Стоп! Это была дельная мысль. Электричество в камере имелось освещение. Сейчас оно выключено, обесточено, говоря производственным языком.

Лампочка в решетчатом колпаке торчала над самой дверью. Вовец поставил ногу на толстые поперечины решетки. Подметка полуботинка как раз втиснулась между вертикальными прутьми. Он, как по лестнице, поднялся кверху, ухватился рукой за трубу, в которой подводился электрический провод к лампочке. Нет, в такой висячей позе много не наработаешь. Одной рукой Вовец захлестнул куском кабеля себя за поясницу, продернул концы сквозь решетку, скрутил их вместе у себя на боку, привязался.

Кабель сильно врезался в спину, но это ничего, терпимо. Вовец завернул полы пиджака кверху, подсунул под кабель, чтоб меньше резало. Стало почти удобно.

Действуя обломком ножовочного полотна как отверткой, быстро отвернул винты, снял с лампочки решетчатый колпак и бросил в угол. И тут же пожалел. Слишком громко тот забренчал по бетонному полу, отскочив от стенки. Вовец замер, прислушиваясь. Вроде, все тихо. Следовало вести себя разумней.