Шушуне Майскому, пророку кармической словесности, достались три подлинные тибетские тантры II века (исчезновение их в одном лхасском монастыре едва не вызвало жестокое кровопролитие). Боря Бруденко — хотя и демократ художественной формы, но все же пожарник — обрел сверкающий микровзрывной огнетушитель (перенос его из пятого измерения вероятностного 2018 года в наше время вызвал две затухающие разнонаправленные темпоральные волны, интерференция которых на рубеже XX и XXI столетий грозила разжалованием брандмайора Бруденко с лишением его парадной робы и именного топора). Далее: Рубениду Нерголину, канонику строчной развертки, — ордер на новую трехкомнатную квартиру. Кондотьеруинтерпретатору Володьке Набакову — дека «Накамичи» с сенсорным управлением, двумя генераторами и автоматической подстройкой головки плюс вертушка «Дюаль», колонки «Джи-Би-Эль» и усилитель «Маранц» с октавным эквалайзером.

Наконец Булат Аникаев, камикадзе стихосложения и приват-доцент унциального письма, вовсе впал в состояние ступора. В тот вечер он не смог прийти на наше сборище — сидел у себя дома и самозабвенно вырезал из вершкового куска саппанового дерева фигурку великого логофета Византии Федора Метохита. Аникаев только сегодня закончил чтение его астрономических сочинений и, прочитав, восхитился и вдохновился на миниатюру. Легко можно представить кататоническое удивление Булата, когда посреди его комнаты — ни с того ни с сего — материализовался раритетный «Форд-Т» с включенными фарами.

Словом, каждый из нашей братии получил нечто вожделенное. Что тут началось! О девушке Оле, испарившейся с подоконника, мы и думать забыли. Мы кричали, прыгали, бесновались, хохотали, и даже невозмутимый обычно хозяин квартиры Толя Каштаркин, эссеист-престидижитатор, стоял на голове.

Вот чудеса так чудеса! Вот это иллюзион! Колонки «Джи-Би-Эль» истошно орали, «Минолта» ходила по рукам, и все, счастливые, снимались на память, и все палили из микровзрывного огнетушителя по зажженной газовой плите, гася пламя, и кое-кто умолял брэдберианца Чукова разбить двенадцать томов сочинений великого Рея Дугласа на всех, и добрая душа Гак, экуменист интеллигенции, уже почти соглашался, и…