Конечно, можно было получить и натуральный сок: вишневый, грушевый, апельсиновый, авокадовый, даже сок из гуайявы, но сейчас мы говорим, между прочим, об Игоряше, и это надо учитывать, поскольку деревья, в принципе, давали то, что ждал от них потребитель.

Словом, на планете прозябал настоящий рай, и если бы Игоряша знал больше слов, он назвал бы новый мир Эдемом.

Игоряша как-то быстро понял, что это не Земля. От его наблюдательности не ускользнуло, что солнце здесь зеленоватого оттенка, небо розовое, трава фиолетовая, на некоторых деревьях листва ярко-оранжевая, а на иных, наоборот, синяя. Да и птицы больше походили на пузатых маленьких слоников: они летали, размахивая перепончатыми ушами, и с помощью длиннющих хоботков посасывали крюшон из луж в заболоченных низинах. Но окончательно укрепился в своем интуитивном убеждении Игоряша только тогда, когда припал губами к стволу первого попавшегося небесно-голубого дерева. Он твердо знал, что деревьев, где вместо сока струился бы настоящий португальский портвейн, на Земле не существует (разумеется, Игоряша в жизни не отличил бы «порто» от «трех-семерок» по той простой причине, что первого никогда не пробовал, а второе обыкновенно пил не ради дегустации; точное знание природы напитка пришло к нему странным путем — извне). Весь день Игоряша пробовал разные соки, а потом крепко спал, овеваемый нежным ночным ветерком.

А утром проснулся и назвал планету «Моя». Вот так просто — три буквы с ударением на «я». Чтобы все возможные посетители еще с порога знали, что здесь к чему и кто тут хозяин. Игоряша почему-то сразу решил, что он единственный разумный человек на планете. И был, в определенном смысле, близок к истине…

До каких же вершин счастья воспарил Игоряша, когда проснулся утречком на благодатной Моей, хлебнул для поправки здоровья пива «Гиннес» из ближайшего пруда и вдруг разом осознал, что он впервые в жизни свободен, раскован и всевластен!