Даже не задумываясь над тем, что делаю, я выхватил левой рукой свой топор и одним движением - тот самый бросок снизу - пустил в цель. Вероятно, сами боги в тот день направляли мое оружие: лезвие вошло точно в щелевидный рот демона и разрезало его от уха до уха. Вопль твари прервался быстро - вывернувшаяся откуда-то Рыжая Соня одним ударом своего волшебного клинка покончила с нею.
- Отлично проделано! - улыбнулась воительница, а я почувствовал себя так, словно меня только что удостоили высшей награды Готланда - ордена Имира...
Бой закончился быстро. Берсерки уже добивали одиночек-зомби по всем закуткам развалин, а Рыжая Соня осторожно заглянула в черную пещеру в поисках затаившегося внутри демона. Такового, к некоторому ее разочарованию, не обнаружилось. Вытерев меч, воительница закинула его за спину и подошла ко мне.
- Ты ранен, - тихо сказала она.
- Пустяк, - бодро ответил я, хотя плечо здорово дергало.
Соня провела ладонью по моей руке от локтя вверх, затем взялась другой рукой за плечо - ближе к ключице - и сделала резкое движение, от которого я взвыл. Но боль почти сразу же исчезла, а рука снова обрела подвижность.
- Ты спас мне жизнь, - почти шепотом произнесла она. - Я не забуду этого.
Прежде чем я успел что-то сказать, она уже отошла прочь и заговорила с берсерками. Я машинально подобрал отлетевший в сторону меч, поднял топор и начал по примеру остальных протирать и чистить оружие, чтобы ни единого пятнышка, ни единой частицы мерзости, которую мы уничтожили, не осталось на блестящей стали.
- С боевым крещением, малыш! - Это был разведчик, неслышно подошедший сзади. - И как тебе нравится роль Истребителя Нечисти?
Я отпустил соответствующую моменту ухмылку, одновременно строя в уме картины на тему того, что же в точности хотела сказать Соня своими словами...
В руинах было найдено довольно много интересного. Кроме золота, часть которого по праву принадлежала членам отряда, и горсти кристаллов манны [волшебной силы] - сия доля добычи предназначалась Владычице Фрейе, Бивер обнаружил среди полуистлевшего хлама какой-то манускрипт. Разведчик долго пытался разобрать наполовину стертые линии, а потом из его груди вырвался сдавленный вздох: