Мой собеседник слегка поморщился.

— Да, равновесие воз. Но, во-первых, это равновесие вам же самому не понравилось бы. Вот у ацтеков было похожее равновесие… а потом, знаете, идет какое-то накопление… чего-то отрицательного, что ли… В общем, вырождаются такие цивилизации. Кстати, не к добру вы Вулфа цитировали. Он же что говорит? Принимайте наркотики и веселитесь, но ваше веселье и игра — все это ерунда, все равно общество обывателей, обычных людей вас втянет, абсорбирует и нормализует.

— Ну и что, — почти перебил я собеседника, — это, может быть, и правильно! Локальная в пространстве и времени игра, вернее локальные игры, но в целом серьезном обществе. Субстрат гарантирует стабильность, а игры — разнообразие, тоже нужное человеку.

— Ага, — мой собеседник ехидно улыбнулся, — кто-то в психушку попал, сколько-то погибло, а послесловие к его книге этот идиот написал, не помню, как зовут, какое? Миллионы погибших — это для него прикол. Кампучия — прикол, Катастрофа — прикол… Зас-сранец.

— Может быть, это, так сказать, неизбежные последствия, — осторожно заметил я, — следствия свободы воли… Игровая линия в жизни и в литературе… Гессе, Пелевин… Да мало ли…

— Знаю, — сухо перебил меня собеседник, — знаю. Любой инородный элемент в системе, как бы он ни был выделен и огражден, как-то со всем остальным взаимодействует. Пускаете вы всю цивилизацию по игровому и наркотическому пути — конец. Делаете вы внутри общества выделенные игровые зоны — хорошо, такое живет дольше, но диффузия все равно есть, и в итоге какое-то безобразие да происходит. Я ведь все время за обществом наблюдаю. Думаете, идея про «ламедвавников»

— Ну да, — подхватил я, — знают ли глаза человека, что они видят?

— Вот-вот, вы это правильно поняли. Кстати, на этом же языке и на вопрос о свободе воли ответить. Есть ли у глаз, пальцев, клеток организма свобода воли? Предположим, что они разумны и даже могут покончить с собой. Эта свобода, пусть даже так, у них есть. Но из организма они все равно не выскочат. Только чучелом или тушкой, как в вашем анекдоте! Свобода воли, свобода воли…