- Не с того, что сейчас стоит возле исторического музея? - Алексей улыбнулся. - Это гораздо более поздняя модификация. Лучше с того, что стоит на Кубинке.

  Профессор кивнул видимо делая себе зарубку на память, и снова потащил Белого по залам.

  - А тут вы что скажете? - Он кивнул на огромное полотно на котором маленькая девочка с улыбкой тянула руки к могучему древесному стволу, в рисунке коры которого проглядывало лицо старика. Ветви дерева словно руки обнимали хрупкую фигуру и солнце, едва проглядывавшее сквозь ветви, высвечивало на лице девочки какой-то символ. Само лицо девочки, отчего то вызывало у Алексея волну щемящей тоски и теплоты, словно он видел своего еще не рожденного ребенка.

  - Это... тоже ваше? - Алексей стоял словно завороженный не в силах оторвать взгляд от полотна.

  - Нет... - Профессор тихо рассмеялся. - Так мне никогда не нарисовать. Это Алик Абиев. Вон он, кстати, беседует с журналистами... Алик! - Анатолий Петрович окликнул высокого черноволосого молодого человека в белоснежном пушистом свитере, темно-зеленых мешковатых брюках и тяжелых армейских ботинках.

  Быстро закончив интервью, молодой человек подошел и после взаимного представления кивнул на картину.

  - Нравится?

  - Очень. - Алексей чуть слышно вздохнул. - Не продадите?

  Художник громко рассмеялся.

  - Эту, никогда. Да и обещал я тут, одному человеку, что если решу продать, то сразу обращусь к нему.

  - Это случайно не Петя Сергиенко? - С язвительной интонацией отозвалась княжна.

  - Совершенно не случайно он. - С улыбкой подтвердил Алик. - А вы, Алексей никого не узнаете?

  Подавив чуть не вырвавшийся наружу нецензурный возглас, Алексей обернулся к покрасневшей от удовольствия Катерине.

  - Это ты?

  - Примерно пятнадцать лет назад. - Алик кивнул. Тогда я казался себе значительно старше и мудрее, но все равно не смог пройти мимо такого чуда. Это парк в Приокском заповеднике. Картинка тогда мне так врезалась в память, что я писал всего две недели.