Опять Мурза готовит пир для своих приспешников… — отметил манприс.

Он грозно взмахнул ятаганом. Повара побросали ножи и попрятались в пустые котлы. Один со страху нырнул в чан с маринованными баклажанами. Оттуда послышалось громкое бульканье. "Как бы не утонул…" — сочувственно подумал манприс. Но спасать повара было некогда, надо было выполнять то, зачем он сюда пришел. Набирая на палец жирную сажу со дна котла, манприс зачернил обратную сторону бумажного круга, а на той стороне, где было начертано божественное имя Мурзы, для вящей ясности пальцем вывел: "Черная метка". Прихватив кухонный нож, он направился в покои Мурзы. Перешагнув через любимого пса Мурзы и Брык-Пашу, спавших в обнимку на коврике перед дверью, манприс вошел в покои.

Мурза как раз доел последний баклажан с блюда. Увидев жуткого посетителя, он рыгнул от изумления.

— Добрый день, уважаемый, — вежливо поздоровался манприс и пригвоздил кухонным ножом к косяку двери "черную метку". Вежливо кивнул: — До свидания… — и вышел вон.

Мурза несколько минут ошеломленно, не веря глазам своим, смотрел на "черную метку".

— Какая наглость… — наконец вымолвил он. Вскочив, он подбежал к двери, и тут разглядел, что это титульный лист его бессмертного творения. — О, Аллах! Какое варварство… — прошептал он побелевшими губами.

Главное достоинство истинного повелителя, это умение быстро брать себя в руки. Мурза вернулся на свое место, хлопнул в ладоши. Сейчас же, на ходу протирая заспанные глаза, вбежал Брык-Паша, вождь племени поприсов, и предводитель личной "Черной сотни" Мурзы.

— Что угодно повелителю? — брыкнувшись плашмя на пол, спросил он.

— Мне угодно знать, что это такое? — грозно колыхнув могучим животом, вопросил Мурза, протягивая в сторону двери указующий перст.

Не понимая, в чем дело, Брык-Паша поглядел на дверь, чуть не вывихнув при этом шею и, не сразу осознав весь ужас происшедшего, спокойно произнес: