- Это та возле которой вращается планета Земля?

Этот вопрос на некоторое время выбил меня из колеи.

- Да... но... Откуда ты знаешь эту планету? Я как раз с нее!

- Невозможно, - старичок пристально смотрел на меня. - С Земли? Ты же совсем белый!

- Там, на Земле, белых много. А еще есть черные, желтые...

- А зеленых у вас много?

- Зеленых? Нет, зеленых вообще нет.

- Гм... А я думал, что...

Абориген вдруг остановился и на минуту задумался

- Может я перепутал? К старости память начинает отказывать. Но я бы дал голову на отсечение, что это от вас, с Земли, наш космический зонд принес эту... как ее... ин... инфузорию. Я правильно говорю? Инфузория, она же туфелька...

- Да, - ответил я, - есть у нас такое одноклеточное.

- Вот видишь! А я уж подумал, что теряю память. Так ты говоришь, что у вас на Земле не сделали никаких выводов из существования инфузории?

- Выводов? Нет, кажется нет... Насколько я помню, в зоологии и в ботанике она служит примером переходного организма между флорой и фауной...

- Всего лишь... - старичок снова задумался.

Молчал он долго, перебирая кругляшки орденов, которые на Келории обычно носят у пояса.

- Может это и к лучшему. Мне пора. Прощай, пришелец. Приятного отдыха.

Он поднялся и спешно удалился, затерявшись в толпе прохожих. Я почти пожалел, что не спросил его прямо о самом интересном, но по собственному опыту знаю, как осторожно надо задавать вопросы на чужих планетах.

Я еще сидел на скамейке, когда из большого здания напротив высыпалась толпа состоящая в основном из зеленых, среди которых лишь изредка попадалось белое лицо. Они расходились в разные стороны, по-видимому закончив работу. Один из них, очень зеленый, проходя мимо меня приостановился, посмотрел по сторонам, словно договорился с кем-то встретиться, глянул на часы, висящие на углу, и присел на краешек скамейки.