Эвелина слушала, затаив дыхание. Джон нарисовал сложный

чертеж Дерева Сефирот и стал объяснять отождествление всех символов

с Арканами Таро.

Глубокой ночью Джон и Эвелина сели на пол, взялись за

руки и приготовились к медитации на Дерево Сефирот, которая представляла собой восхождение из сферы материального мира в сферу Чистого Духа. Они одновременно увидели то, что заставило Эвелину отшатнуться и выдернуть руку.

- Нет-нет, это невозможно. - В ее глазах стояли

слезы.

- Нужно смириться, Эвелина. Это случится, но твоей

вины здесь нет. Изменить что-либо нельзя, мы уже встретились, колесо Судьбы набирает обороты...

ИЕРУСАЛИМ, 1997 ГОД

Однажды в Иерусалиме во время ужина со своим старым другом,

любовником и учителем Джоном Гершовичем Эвелина почувствовала тревогу. Несмотря на жаркую погоду, ее знобило, она задыхалась.

- Пожалуйста, Джонни, давай уйдем. Что-то случилось,

я знаю. - Эвелина ледяными пальцами впилась в руку Джона.

В отеле Эвелина зажгла свечи, бросила в пламя щепотку

черного кристаллического порошка, вдохнула сладковатый дым и прикрыла глаза в ожидании эффекта. Затем взяла в руки холодный тяжелый хрустальный шар. В блеске его граней можно было разглядеть разливающееся черное облако, постепенно превращающееся в образ седого пожилого человека.

- Рудольф... - выдохнула Эвелина и, сняв телефонную

трубку, немедленно набрала номер. - Пожалуйста, мисс, могу

ли я вылететь сегодня в Москву?

ШАРМ-ЭЛЬ-ШЕЙХ - АБУ-ДАБИ,

1998 ГОД

Спустя год Эвелина вернулась в Шарм-эль-Шейх, который любила за необыкновенно теплое и ласковое в любое время года море, красоту коралловых садов, спокойную атмосферу респектабельного курорта. Синайский полуостров, защищенный горами от ветра, а полицейскими - от исламских фундаменталистов, представлялся ей идеальным местом отдыха. В это время года в Москве стояла промозглая сырая погода с затяжными дождями и пронзительными ветрами. Эвелина знала и любила Ближний Восток, путешествовала по Израилю, Иордании и Египту, но в конце пути всегда возвращалась