До остальных вещей дело не дошло.

Человек услыхал выстрел.

Далекий-далекий, с той длинной, уходящей в океан лесистой косы, которую он еще не исследовал.

– Ага. Прибытие продолжается!

Но человек никуда не торопился.

Он испек на углях и съел птицу. Поковырявшись в маленьком непромокаемом мешочке, достал и выпил пригоршню поливитаминов, направился к ручью и вдоволь напился.

Что и говорить – здесь он словно отдыхал от человеческого общества.

Что в лесу страшнее всего?

Человек.

Особенно вооруженный.

А все колонисты теоретически были вооружены до зубов. По крайней мере, всем была предоставлена возможность вооружиться по последнему слову техники, лишь бы на себе можно было нести.

Встреча была неизбежна, но торопить события человек не хотел.

* * *

Робинзон обнаружил своего «соседа» где и ожидал – на заросшей косе, глубоко вдававшейся в морскую гладь.

«Сосед» сидел возле костра и увлеченно наблюдал, как жарится какая-то дичь.

Человек явно был неравнодушен к пище.

Это было заметно не только по изрядному брюшку и лоснящейся физиономии, но и по россыпи опустошенных консервных банок. Робинзон, из-за кустов наблюдавший эту идиллическую картинку, хмыкнул.

Человек явно был бестолков – сам Робинзон свои запасы не трогал.

НЗ – дело святое, на случай ранения, болезней.

Облик человека был совершенно дик и контрастировал с окружающей действительностью.

Потертые джинсы, тельняшка, хотя к флоту этот товарищ ну никак не мог иметь отношения, вязаный свитерок, тщательно приведенный в негодность неумелой стиркой.

Все же следовало подойти и попробовать вместе посоображать, как выбираться на континент.

Смущало одно – с обликом «соседа» совершенно не вязалась «Сайга», маленькая, черненькая блестящая машинка, мелкокалиберный спутник профессионального телохранителя.