– Ладно, как хочешь.

У Бальдомеро Гамусо, или Афуто, старшего из девяти братьев, звездочка на лбу, не все ее видят, но она есть, еще бы не было! Звезда на лбу Афуто меняет цвет – то красная, как рубин, то золотистая, как топаз, то зеленая, как изумруд, то белая, как бриллиант. Когда звезда Афуто засверкает (цвет не важен, иногда тот, иногда этот), лучше остыть и отойти в сторонку, Афуто командует всеми Гамусо, которых куча, и Гухиндесами (некоторые называют их Моранами), а тех – еще больше. Если бы мир так не перевернулся, в наших горах никто бы не пошевелился без разрешения Афуто; линия крайней горы стерлась, когда убили Ласаро Кодесаля, но дела покатились без удержу, и бесчестный чужак, голодный крысенок, перерезал нить жизни Афуто. Этот дьявол подошел к Афуто, чтобы предательски убить его в тот день, когда звезда на лбу Афуто померкла. Но в наших краях убийство не проходит даром, убийца умрет, иногда не сразу, но умрет. Лолинья Москосо, жена Бальдомеро Афуто, поддерживает огонек закона гор: тот, кто сделал, заплатит. Лолинья Москосо красивая и бойкая; когда скачет на постели, еще красивее. Афуто пришлось убивать в спину и ночью, лицом к лицу с Афуто не сойдешься, взгляд у него очень тяжелый, волчий взгляд. Убил Афуто мертвяк, с которым ни одна бы не легла, имя его не произносят, чтобы постепенно забылось, мертвяк, убивший Афуто, убил и покойника Адеги, и еще дюжину; мертвяка, убившего Афуто, прикончил мой родич, и мертвяк сдох у ручья Боусас до Гаго, как старая кляча. Когда нападает волк, лошади становятся в круг, головы внутрь, так легче защищать жеребят, и встречают волка копытами, если повезет, то затопчут. Вожака табуна, сброшенного с трона, не защищают, и сам он беззащитен, волки его опрокинут, сперва опрокинут, потом сожрут, что не съест волк, съест лиса, что оставит лиса, пойдет воронам, те согласны и на такое; некоторые вороны хорошо свистят, в Алларисе, много лет назад, при диктатуре Примо де Риверы,