— А о Керниосе ты подумал? Разве ему понравится, что его статую похитили и бросили в море?
Лицо Баррика вновь стало непроницаемым.
— Это меня волнует меньше всего, — процедил он. — Керниос мой враг.
— Баррик, опомнись! Нельзя говорить так о богах!
В ответ мальчик лишь пожал плечами.
— Пора нам отсюда уходить, — сказал он через несколько мгновений. — Леди Саймон наверняка уже угомонилась. Потом мы проберемся сюда и заберем статую. Думаю, на стену мы пойдем завтра утром.
Баррик поднялся и протянул здоровую руку сестре, которая запуталась в своих пышных юбках.
— Да, и надо вымыть руки. Не то пристанут с вопросами.
— Крови совсем мало.
— Достаточно, чтобы привлечь внимание. Кровь всегда привлекает внимание. И вызывает вопросы.
Бриони открыла дверь кладовой, и дети бесшумно, как привидения, выскользнули в коридор. Ни единый звук не нарушал могильной тишины тронного зала. Казалось, весь огромный дворец затаил дыхание, прислушиваясь к шепоту, доносившемуся из кладовой.
Часть первая
Маски
Глава 1
Изгнанники
Ежели, как полагают Темные Голоса, между светом и тьмой нет различий, что возникло первым после небытия — свет или тьма?
В песнях самых старых голосов поется о том, что первое слово прозвучало лишь тогда, когда появился первый слушатель; что пока не появился свет, царила тьма. Бесконечная пустота породила свет любви, а потом свет и тьма создали все сущее — доброе и злое, живое и мертвое, утраченное и обретенное.