Девушка из племени скиммеров как будто не проявляла особого интереса к этому скорбному повествованию. Однако, услышав о пророчестве Джила по поводу Баррика, она забыла о грязной посуде и вскинула голову.

— Он упомянул о глазах дикобраза? Сказал, чтобы ваш брат остерегался глаза дикобраза?

— Да, а что?

— Леди Дикобраз — одно из самых страшных имен среди Старейших, — проронила Эна. — Она неразлучная спутница смерти.

— Откуда ты знаешь? — спросила Бриони.

Губы девушки тронула загадочная улыбка, она потупила глаза, избегая взгляда Бриони.

— Нам, жителям лагуны Скиммеров, известно многое.

— На сегодня хватит разговоров, — раздался сердитый голос Шасо. — Я намерен хорошенько отоспаться, чтобы вам не пришлось таскать меня, как мешок с костями. После захода солнца мы покинем этот остров. Ты, девушка, — обратился он к Эне, — доставишь нас к побережью Марринсвока. И на этом твоя служба будет закончена.

— Будь по-вашему, — кивнула Эна. — Только прежде, чем оставить острой, вы должны хорошенько поесть. Вы едва прикоснулись к похлебке. Я обещала отцу, что буду о вас заботиться. И если вы лишитесь сил, он будет недоволен.

Шасо внимательно посмотрел на девушку, пытаясь понять, не насмехается ли она над ним. Она ответила ему невозмутимым и непроницаемым взглядом.

— Прежде чем покинуть остров, я заставлю себя проглотить полную миску твоей отвратительной похлебки, — процедил старый воин.

Почти целый день Бриони не сводила глаз с гавани, с ужасом ожидая, что на море покажутся вражеские лодки. Наконец она так продрогла, что ей пришлось вернуться в дом, к огню.