– Я – серьезно, ребята, – сказал я.

А если я веду разговор серьезно, Одноглазый последует моему примеру.

– Зачем? – спросил он. Вот тут-то я поежился.

– Чтобы забрать Летопись. Я оставил ее у Королевского Моста.

Нас там здорово прищучили. И только будучи лучше, отчаяннее и подлее, смогли мы тогда вырваться из имперского кольца. Ценою половины Отряда. Не до книг было…

– Я считал, она уже у тебя.

– Я попросил ее обратно. Мне сказали: приходи и забирай. Но в тот момент мы все были заняты. Помнишь Властелина? Хромого? Жабодава? И все прочее? Добыть Летопись не было ни малейшей возможности.

Госпожа согласно кивнула. Пожалуй, она и впрямь оживает.

Гоблин слепил на физиономии самую свирепую гримасу, на какую был способен. Сделался похож на саблезубую жабу.

– Выходит, ты об этом знал еще до ухода из Курганья?

Я признал, что так оно и есть.

– Свинья ты безрогая. Голову даю, все это время ты разрабатывал план относительно Летописи. Как одной задницей в три кресла умоститься и уж наверняка всех нас в этом процессе положить.

Я согласился, что и это, в основном, верно.

– Мы въедем туда так, словно Башня наша. Твоя задача – заставить гарнизон считать, что Госпожа и посейчас главная.

Одноглазый фыркнул и отправился к лошадям. Гоблин поднялся и сверху вниз воззрился на меня. Посмотрел-посмотрел… И глумливо захихикал.

– Значит, в нахалку вопремся – и готово? Как говаривал Старик, наглость – второе счастье?

Но настоящего вопроса не задал. Однако Госпожа дала ему ответ:

– Я дала слово.

И Гоблин заткнулся на следующем вопросе. Все промолчали. Поэтому и Госпожа повесила тему в воздухе.

Конечно, заманить нас и обмануть для нее будет легче легкого. Вот сдержит свое слово, а после съест нас на завтрак. При желании.

Мой план я тасовал исключительно на доверии к ней. Товарищи моей веры в нее не разделяли.