– И вот так бывает. – Олен присел на корточки и принялся гладить улегшегося на землю Рыжего. – Кто бы мог подумать?

– Муррр… – отозвался кот.

Рендалл вздрогнул, когда заметил, что тень статуэтки двинулась. Посреди теплого вечера повеяло леденящим холодом, и фигурка из дерева принялась расти. Распахнулись полные белого огня глаза, деревянный жезл превратился в сосульку длиной в пару локтей, брякнули друг о друга черепа.

Исполин высотой в два человеческих роста выпрямился и распахнул зубастую пасть.

– Ой! – Юрьян отскочил, глаза его выпучились. Зацепился ногой за кочку и свалился на спину.

Рыжий зарычал, шерсть на его загривке встала дыбом, а глаза сузились.

Олен распрямился и отступил на шаг, ладонь положил на рукоять меча, ощутил, как тот вздрогнул.

– Пыххх… – Изо рта гиганта вырвалось облако снежинок, над родничком забушевала метель. Взгляд пылающих глаз остановился на Рендалле. – Тхыы… Отдай то, что ты принес с собой!

Голос звучал странно, шипуче-свистяще, и болью отдавался в ушах.

– А ты кто такой? – спросил Олен.

– Я? – Тощие руки длиной с оглобли поднялись к темнеющему небу, из раковины повалил снег, а сосулька породила сноп голубых молний. – Ночной Хозяин, Насылающий Мороз! Я – повелитель этих земель и ваших жалких жизней, ничтожные смертные! Отдай клинок, отдай кольцо!

И Леа-Хо, Владыка Севера, сделал шаг. Земля вздрогнула под его ногами, от босых ступней начал расползаться иней.

– Вот уж нет. Отбери, если сможешь, тощее чучело. – Рендалл не испытывал страха, лишь гнев.

Не для того он прошел сотни миль, преодолевал опасности, бился с гиппарами, колдунами и даже с самой Предвечной Тьмой, чтобы отдать добытое потом и кровью какому-то божку с окраины полусгоревшего мира! Немного отступил, выхватил меч и выставил руку с Сердцем Пламени.

– Ыыы… ууу… – Шустрый с нечленораздельными завываниями отползал прочь, лицо его было белым.