Его ноги выскользнули из ботинок и брюк, бедра с хлюпаньем освободились, и он откатился в сторону. Майлз лежал, распростершись, чтобы обеспечить максимальную опору на предательскую поверхность, лицом вверх к серому крутящемуся небу. Форменная куртка и длинные подштанники пропитались слизью, и он потерял один утепленный носок, оба ботинка и брюки.
Шел мокрый снег.
Его нашли несколько часов спустя, свернувшегося вокруг притухающей лампы обогревателя, забравшегося в выпотрошенный отсек для оборудования в автоматической метеостанции. Глаза на испачканном лице запали, ступни и уши побелели. Онемевшие багровые пальцы стучали двумя проводами друг о друга в ровном, гипнотическом ритме - армейском сигнале о помощи. Который должны были прочесть в всплесках помех на измерителе атмосферного давления в метеолаборатории базы. Если и когда кто-нибудь дал бы себе труд взглянуть на внезапно ненормальные данные, поступающие от станции, или заметил бы определенную систему в белом шуме.
Его пальцы продолжали дергаться в этом ритме еще несколько минут после того, как его вынули из тесного ящика. Лед с треском слетел со спины форменной куртки, когда его попытались выпрямить. Долгое время из него нельзя было вытянуть ни слова, только шипящий свист. Лишь глаза его горели.
Глава 3
Плавая в обогревательном резервуаре в лазарете базы, Майлз придумывал мучения для двух вредителей из гаража и рассматривал их с разных точек зрения.