В любом случае можно проверить, так это или нет. У него есть доступ к программам, так что получить соответствующую информацию совсем не трудно. Он уже потянулся было к клавиатуре, когда сообразил: то, что он собирается сделать, не входит в число действий, необходимых для его обычной работы. Хотя никакие инструкции ему этого не запрещают, никакие и не рекомендуют... а любое непредписанное действие по меньшей мере сомнительно. И ему стало до ужаса ясно, что выпутаться из положения, в котором он оказался, не ставя при этом под угрозу свой статус члена Свободного Общества, невозможно.

Бен выключил систему взаимодействия с машиной за две минуты до конца рабочего дня. Работать сегодня он был больше не в состоянии. То, что рабочий день кончался, его очень устраивало: нужно было разобраться в собственных мыслях.

Прежде чем уйти, он зашел в умывальню. Там заказал четверть литра питьевой воды и запил ею две таблетки, транквилизирующую и тонизирующую.

Возвращаться домой он бы сегодня предпочел в одиночестве, но когда, дойдя до конца длинного коридора, завернул за угол, то увидел Ульфа, и тот, взяв его за локоть, повел к выходу.

-- Ну и счастливчик же ты! -- сказал Ульф. -- Выпал бы мне такой случай -- хотя бы раз! Уверен, тебя ждет премия не меньше, чем в двадцать пунктов...

Сквозь переходной люк они вышли наружу; обоим пришлось надеть дыхательные фильтры, и это хоть немного приглушило лившийся из Ульфа словесный поток. Сегодня, как и все последние дни, к вечеру лег на землю слой смога, и они с трудом прошли в этом удушливом газе несколько шагов, отделявших их от ближайшей станции магнитопоездов.

Бен попробовал избавиться от назойливого собеседника:

-- Мы сегодня немного задержались -- может, я поймаю одноместный магнитокар?

-- Глупо, -- возразил Ульф. -- Тебе придется ждать самое меньшее полчаса. Пойдем сядем, места еще есть.