— У тебя короткая память, брат.

— Тот раз не считается: ты выиграл случайно, — слегка оживляется молодой, вспомнив о чем-то забавном. — К тому же, тот Игрок был единственным за все Игры, кто смог пройти до конца. Да и то — ненадолго.

— Его наследие до сих пор живо, — сухо напоминает бас ехидно хмыкнувшему собеседнику. — Даже твоим не удается стереть его с лица земли.

— Ну-ну. Сомнительное наследие, которое не нужно даже тебе.

— Ты закончил? — еще суше осведомляется бас. — Будешь слушать или я возвращаюсь к себе?

Молодой на мгновение задумывается.

— Хорошо, говори.

— Я предлагаю слегка изменить Правила, — неожиданно заявляет бас и издает странный хрипловатый смешок. — Пусть на этот раз Игрок справляется сам. Никакой помощи, никаких подсказок, никаких советов и намеков. Он идет совершенно один. С успехом или нет. Влиять на него не будешь ни ты, ни я.

— А ты удержишься? — с нескрываемым ехидством осведомляется молодой и слышит в ответ недовольный рык. — Хорошо, хорошо… верю. Вернее, я тебе поверю, если услышу причину такого решения.

— Игрок непростой, — неохотно признается бас, снова возвращая себе человеческий голос. — У нас такого еще не было, поэтому и хочу попытаться.

— Что значит, непростой?

— Увидишь, — уклончиво отвечает бас, словно не замечая проснувшегося интереса собеседника. — Раньше мы искали только силу. Потом стали искать силу и мудрость. Затем пытались использовать юность, но и это ничего не дало. Теперь Игрок будет иным. Совсем, надо сказать, иным. Не чета прежним. К тому же, он не будет знать о Правилах. И не будет знать об Игре. Вообще.

— Обман? — вдруг нахмуривается молодой, и от этого в пустоте проскальзывают опасные огненные искры, а где-то неподалеку гремит беззвучный гром.