С одной стороны, конечно, это и неплохо: если бы мое несчастное тело возопило сейчас о возмездии, мне было бы далеко не так уютно и совсем не хорошо. Так что пусть оно молчит. Так, наверное, даже лучше. По крайней мере, я могу думать о более важных вещах. В конце концов, умерла я или нет? А если да, то куда меня занесло? Кому-то, может, и без разницы, но мне всегда было интересно. Плохо, что оглядеться толком не получается — голова не ворочается… если, конечно, я ее еще не потеряла.
Так, не думать о плохом.
Забавное же во всем этом другое: всего минуту назад я так стремилась узнать, что же будет ТАМ, за гранью, искала ответы, старательно совала свой нос везде, куда не следует… и вот, наконец, узнала, увидела, прочувствовала…
И опять разочарована!
Я попыталась посмотреть, где именно нахожусь, но снова не смогла: темно. Блин. Да что ж такое-то? Ненавижу быть беспомощной. И вообще: а где красивый золотой тоннель? Где яркий свет, на который мне следовало бы лететь? Где ангелы с крылышками, я вас спрашиваю? И почему никто не поет мне осанны? Елки зеленые, да я бы даже рогатым чертям сейчас обрадовалась, если бы они выскочили вдруг из темноты и замахали своими трезубцами! Заулыбалась бы им и руками радостно замахала: дескать, привет, ребята, заберите меня скорее отсюда. Потому что никак нельзя терпеть это отвратительное неведение, где ничегошеньки не происходит и в котором я только и знаю, что все еще… вроде бы… ну, хоть как-то… получается, живу. Вернее, пока я еще только мыслю, но это, по выражению одного древнего умника, все же значит, что я по-прежнему существую.