На банкете с Ником все разговаривали, как с равным. Во всяком случае о том, что касалось практической магии. До магии же теоретической он пока что просто не дорос, хотя уже и перечитал все те книги по теории магии, которые имелись в их доме. Поскольку именно о теоретической магии и шел разговор, а не о том, где следует строить новые академии магии и кого в них обучать, он был интересен и для Ника. Помнится, он даже задал Всеведущей Кл'норе несколько вопросов и эта высокая, стройная дама с зеленоватой кожей, золотистыми кошачьими глазами и лёгкой сединой в волосах цвета тёмного изумруда, подробно развеяла все его сомнения относительно степени влияния магов на мироздание и возможность новых открытий, весело сказав:

— Ники, мальчик мой, мы все почти ничего не знаем о магии и потому самые великие открытия в ней ещё не сделаны. Ну, а если кто-то станет доказывать тебе обратное, то не теряй время на пустопорожние споры с этим идиотом. Всё, что тебе нужно для постижения законов магии у тебя уже есть, твой анголвеуро, который, как я погляжу, полностью послушен тебе. Поверь мне, мальчик мой, всё, что ты здесь слышишь, лишь невинный мальчишеский трёп о том, кто чего добился в магии и то, что ты сумел подогнать нож и вилку себе по руке, ничуть не менее выдающееся событие, чем открытие твоего старшего брата, который снова поразил нас своими талантами учёного.

Ник от этих слов смутился, а Сэнди со смехом воскликнул:

— Тётушка Кл'нора, не порть Ланнелю ученика, а то он ещё загордится и откажется поступать в школу магов второй ступени!

Всеведущая Кл'нора тотчас стала с жаром доказывать всем, что три дня проведённые в горах наедине с природой, когда у тебя в руках есть анголвеуро, стоят целого года обучения в Наме и в доказательство своей правоты принялась выяснять у Ника, что нового мальчик приметил во время своих экспедиций, которые совершал вместе с Сардоном.