Так как я частенько мотался с поручениями Зевса, то и искать Артемиду в дебрях лесов, если она была нужна Зевсу, выпадало мне. Волей неволей она была вынуждена общаться со мной. Со временем мы подружились. Мне удалось убедить её что я отличаюсь от остальной команды так же как она и мы сблизились.

Я часто вспоминал об Артемиде первое время, после уничтожения экспедиции. Но со временем сумел вытравить воспоминания о ней. Да и карьера в Службе Равновесия не располагала к ностальгическим слюнтяйствам.

И вот, как гром среди ясного неба, код «А» на Гее!!

Я просто обязан удостовериться, что там никого не осталось. Ведь этот мир стоит на грани разрушения. А Служба действует исключительно из соображений безопасности всех разумных во Вселенной. Не больше и не меньше. Собственно небольшое нарушение. Слишком уж пыльная история уже.

Я должен был убедиться, что тут никого не осталось… не осталось её… Артемиды.

И моё положение в Службе мне легко позволяло это проделать. Хотя… если не кривить душой, я просто хотел её увидеть. Всё это время хотел и боялся дать хоть кому-то основание подозревать, что там ещё кто-то жив. Я был уверен, что она жива до сих пор. Именно я создал несколько схронов с необходимым оборудованием и расходниками, а потом показал ей. И насколько я знаю из отчётов, найденной была всего одна закладка. Одна из четырёх. Осталось проверить остальные три и… неужели она погибла? Это невозможно. Во всяком случае, я этого не хотел. Запасов энергии ей должно было хватить, и мне сложно было представить себе, что хоть что-нибудь на Гее могло представлять угрозу для неё. Только Служба. Высшие. Уничтожению экспедиция подвергалась в полном объёме. Такие решения срока давности не имеют, а значит над ней до сих пор смертный приговор. Но я бы знал, если бы она засветилась. Случись такое и начальство вспомнило бы о том, что я самый серьёзный специалист по Гее из ныне живущих.