А Рита просто любила Димку и принимала его таким, какой он есть.

Так же принял его и Максим, став его другом не только по компьютерным играм, но и, как говорил Вампир, «…в реале…».

На экране телевизора тем временем появилась фотография того, о ком и шел этот разгоряченный спор. Только ни бармен, ни спорщики не догадывались о том, что именно этот парень был героем не только этого, но и многих других пересудов и толкований, проходивших вчера и сегодня в отделениях милиции и в камерах предварительного заключения, в номерах «Интуриста» и в раздевалках бань и стадионов, за обеденным домашним столом и за ужином в закрытых клубах, в интернетовских чатах и просто по телефонам. Лишь в газетах и по телевидению ничего не рассказывалось об этом случае.

О том, что парня, лицо которого замерло на экране, показывали по телевидению именно в связи с этим происшествием, не знал и Максим, который, едва бросив взгляд на экран, отставил в сторону бокал с пивом и попросил бармена сделать звук погромче.

— …зыскивается этот человек, который, по мнению сотрудников милиции, может являться свидетелем одного из расследуемых сейчас преступлений. Просьба того, кто знает что-нибудь о местонахождении этого человека, позвонить по телефону 87-16-15 или 02.

Диктор умолк, зато незамедлительно подал голос мужичок в очках, который ткнул пальцем в экран и презрительно хмыкнул:

— Не говорят, что за преступление. Крутят-вертят, паразиты. Мусора клятые.

— Это да, — протянул его собеседник и повернулся к Максиму. — Пацан, огонь имеешь?

Максим не ответил. Он смотрел на фотографию разыскиваемого. Чуть улыбающееся лицо с аккуратно уложенной на пробор прической, глаза, смотрящие куда-то в неизвестное место… Такое знакомое выражение, появляющееся после успешного выполнения задания в игре, выражение победы, удовлетворения от проделанной работы… левый глаз чуть прикрыт — так всегда делал только один человек из знакомых Максиму. И это был он.