Я смотрю на Дока.
- Там… могут быть еще…
Док смотрит на пациента, потом вскидывает на меня глаза. Почему я вначале нашего знакомства подумала, что он похож на доброго плюшевого мишку? Очень ошибочное мнение…
- Надо мои лекарства. Мою сумку…
- Док, там могут быть еще раненые!
Как не хочется ему меня отпускать, а мне без него идти, но это уже не в нашей власти… мы должны! Он должен спасти Нааля, а я… может быть кого-то еще.
- Твоя аптечка?
- При мне.
- С Богом!
- С Богами!
Вперед! Пока не передумала, пока не поняла, что же я делаю, куда лезу. В бурю.
6
В лагере Нааля еще двое… живых. Остальные… Меня выворачивает прямо на поляну. Даже до кустиков добежать не получилось бы. Куски мяса и кровь. Выпотрошенные кишки и отрезанные головы. Да они что, с ума посходили? Кто это сделал?
Как я тащила сразу двоих - уже не помню. Кажется с матами. Пинала, заставляла идти, кричала что-то хамское и ругательное. Одного на одном плече, другого на другом. Они еле переставляли ноги - черепахи! Быстрее!
Ввалились в дуб на последнем дыхании. Док подхватил, не дал упасть.
- Что там?
Я смотрю на него и понимаю, что сказать об ЭТОМ не могу. Меня трясет. Док тычет мне в губы флягой.
- Пей.
Пью взахлеб. Вода? Водка? Вкуса не чувствую.
- Я туда… - шепчу. В этот ад надо вернуться. Надо искать дальше. Я боюсь, что остальные лагеря… тоже. От этой мысли к горлу подступает ком. Меня тошнит. Сдавливаю руками горло.
Док протягивает мне на ладони три маленькие желтые таблетки.
- Пей! - приказывает он.
Заглатываю, даже не интересуясь, что это.
- Здесь, - протягивает Андрей мне холщовую сумку, - шприцы, одноразовые, заправленные обезболивающим. Поняла? - киваю. Когда он успел? - Здесь, - вторая сумочка, поясная, - норадреналин. Три! Поняла, три шприца! На самый крайний! У меня их немного - из своей скорой помощи взял. На всякий случай.