— Дагги?

С трудом поднять взгляд, перевести его на лицо мальчишки. В глазах — испуг. Поздно взрослеют в Лиге.

— Вы…. Вы выгоняете меня?

— Останься….

И вновь песком времени — молчание. Тишина. Жаль, до безумия жаль случайно сорвавшихся слов. Что за затмение разума нашло? Разве ж можно — вот так?

— Поклянись мне, что никогда не будешь искать встречи с узурпаторами. У них охрана, солдаты. Пожалей, если не себя, то меня. Я не хочу терять ни тебя, ни Лию. Не хочу!!! Я с ума сойду, если с вами что-то случится.

— Но…

— Без «но», Илант. Без всяческих там «но». Прошу….

В ответ — молчание. Ни да, ни нет. Кто-то сказал "молчание — знак согласия". Кто-то…. И лучше не настаивать сейчас. После, потом, разберутся. А сейчас — нет, он не готов. Не рассказывать о себе, ни слушать.

Только молчать, коготками выдергивая ниточки из плотной обивки дивана. Старый способ унять волнение. Раньше еще помогала авола. И только усмехнуться это осознав.

Илант подошел, сел рядом, в другом углу. Расстояния — всего — ничего, только протяни руку. И сложно сделать это. Молчит мальчишка, но и без слов, без эмоций, прорывающихся в интонациях, чувствуется — напряжен, как струна.

— Я ненавижу их, Дагги.

— Я понимаю. Я тоже умею ненавидеть. Но все же прошу. Хотя бы сейчас, давай забудем о ненависти.

— Вы не понимаете….

— Я понимаю. Я все понимаю. Ты хочешь попасть в капкан.

— Хорошо. Не сейчас….

В голосе не согласие, но смирение пред доводами разума. Но обоим понятно это — отсрочка. Рано или поздно еще предстоит вернуться к оборванному разговору и продолжить его. И возможно, тогда ни один, ни другой не уступит.

Обернувшись, Да-Деган посмотрел в лицо юноши, отмечая и крайнюю худобу, и нездоровый блеск глаз, словно впервые видел его. Высокий лоб, угольно-черные брови. Зеленые глаза, на исхудавшем лице казавшиеся огромными. То ли обветренные, то ли искусанные губы. И трещинку разрастающейся пропасти между.