Да-Деган невольно улыбнулся. Заглянув в растерянные зеленые глаза юноши, весело подмигнул.

— Я бывал на Раст-Танхам, — заметил Да-Деган спокойно.

Пришла очередь улыбнуться Иланту. Улыбка вышла спокойной и грустной. Словно мальчик о чем-то сожалел. Вздохнув, Да-Деган отвел взгляд.

Было много того, что он хранил, как самую страшную тайну — зорко и свято, тая ее даже от близких людей. Былое…. Юность, его юность…. Как сказать, что когда-то он был совсем иным, и отблески огня заставляли волосы полыхать рыжим пламенем. Что когда-то давно он был не рассудочно — спокоен, а дерзок и смел. И не существовало для него границ, и не было замков и засовов, способных остановить. А сколько миров хранили отпечатки его следов! Сколько солнц ласкали его кожу? Сколько женщин любили его….

Было. Все было. Но разве кто, глядя в юное лицо, мог бы сказать, что некогда у него было прошлое, полное сонмами событий и имя известное миллионам? И только улыбка рождалась на лицах, стоило сказать, что когда-то давно… так давно, и он был другим. И улыбаясь, он силился забыть былое. И стать самому себе прежнему — незнакомцем.

— Знаешь, — проговорил Да-Деган, перебарывая воспоминания, — ты спи, Илант. И пусть тебя ничто больше не заботит. Решение проблем я беру на себя.

4

Утро было седым и туманным, но к полудню поднявшийся ветер разметал в клочья серое воинство туч, и с лазурных небес засияло солнце. Оно подарило миру сверкание ярких красок, принесло жгучее тепло и даже на душе от этой перемены стало как будто светлее.

Просохли тротуары и неугомонные птицы тараторили на все лады, обсуждая волнующее событие.

Да-Деган, улыбнувшись, проследовал к входу в грандиозное серое здание, фасад которого украшали строгие стройные колонны. Привратник скользнул по его фигуре неодобрительным взглядом. Но преградить дорогу не посмел, видно, почувствовал его решимость с любым, посмевшим перегородить путь схлестнуться в злой драке, только процедил сквозь зубы — "ходят тут всякие".