Мужчина на кушетке пристально смотрел на него.

Макхью выругался. В квартире царил хаос. Кожаная обшивка кресла, на которое он налетел, была изрезана ножом, а само кресло перевернуто. Ящики маленького письменного стола вместе с содержимым валялись на полу. Рисунки Нэйдин углем были сорваны со стен, отделанных сосной, и валялись там же на полу. Там же была вся одежда и все, что стояло на полках в кухоньке. Всюду валялись кукурузные хлопья, мука, растоптанное печенье и приправы.

Мужчина на кушетке так и не отводил своих глаз. Это был крупный мужчина. Нож, лежащий рядом с ним, был тоже не маленький. Как раз такой и нужен, подумал Макхью, чтобы оставить зияющую дыру в горле.

Губы Макхью сложились в трубочку, как будто он собирался свистнуть, когда присмотрелся к пятнам крови. Вся стена над кушеткой на высоту примерно пяти футов была покрыта ими. Кровь стекала на кушетку. Осторожно шагая, чтобы не наступить на пятна крови на полу, он подошел к кушетке и потрогал тело. Оно еще не остыло, и Макхью предположил, что его убили не больше часа назад. Он порылся у себя в памяти и пришел к выводу, что раньше этого мужчину не видел.

Он отступил назад и осмотрел кухоньку и ванную. Там никого не было. Он подошел к двери, приоткрыл ее и выглянул. Судя по всему, его падение не потревожило соседей. Он вышел, запер дверь и бесшумно спустился по лестнице. Внизу была телефонная будка, и он вызвал такси.

Заправочная станция в полуквартале от "Двери" была закрыта, но рядом с ней Макхью увидел телефон-автомат. Он расплатился с таксистом, нашел монетку и набрал ночной номер ФБР.

Трубку снял Ник Фут. Макхью продиктовал ему адрес.