– Подслушивание запрещено законом, – сказал Марелл.

Макхью надул щеки.

– Черт бы тебя побрал! – взорвался Марелл и, оглянувшись, понизил голос. – Ну, ладно. У Лорис есть сестра. Нэйдин. Лет на пять-шесть моложе Лорис, так что ей сейчас около двадцати пяти. У Нэйдин есть дружок, которого зовут Джонни Стоувер. Стоувера видели в последний раз тринадцать дней назад, когда он высадил Нэйдин на автобусной остановке, а сам уехал предположительно в Монтерей на уик-энд. Мы не думаем, что ему удалось добраться туда. Мы не смогли найти ни одного человека, который бы видел его самого или машину. Ты помнишь ее, вишневого цвета. Парень помешался на старинных автомобилях.

– Вы теперь работаете в бюро по розыску пропавших? – Да, когда пропавшим оказывается инженер по электронному оборудованию, принимающий участие в выполнении закрытого правительственного проекта, – обрезал Фут.

Макхью зевнул.

– Интересно. Ну, за внутреннюю безопасность полностью отвечает ФБР. Не скучайте, ребята.

Он положил доллар на стол и встал.

– Звоните мне, когда окончательно запутаетесь. У меня есть на примете хороший частный детектив.

– Ты хочешь сказать, что вернулся вовсе не для того, чтобы разыскивать Стоувера? – потребовал ответа Марелл.

– Точно. Хотя у меня есть кое-какие соображения относительно того, где он может быть.

– Да? – оба эфбеэровца быстро поднялись на ноги.

– Он сейчас где-нибудь на одной из проселочных дорог с пустой канистрой. Эти старые модели просто жрут бензин, – со смехом сказал Макхью, подхватывая свой кейс.

– Черт бы тебя... – кулаки Марелла сжались.

У двери Макхью задержался ровно на столько, чтобы успеть посоветовать им:

– Не теряйте времени, выслеживая меня. Я буду у себя в "Двери". А потом, я думаю, провожу Лорис домой.

Стоял февраль, в Сан-Франциско в это время года приходят дожди. Они приходят с северными штормами. За одну ночь поросшие травой склоны в Мэрии Каунти из коричнево-бурых, выжженных солнцем, превращаются в ярко-изумрудные, а с холмов на улицы обрушиваются потоки дождевой воды.