Над головой с визгом проносились вибрирующие импульсы. Они били в здания, дома складывались пополам, боты падали вместе с ними, некоторые успевали взлетать, но большая часть сгинула в клубах пыли. Стэн замечал все это краем глаза, сейчас он пытался выжить сам.

Как часто бывало в смертельно опасных ситуациях, разум отключился, выпуская на волю инстинкты. Они толкали внутрь челнока. Подтянувшись из последних сил, солдат зацепился за край сходен, сейчас смотрящих вверх. Штурм-пулемет выпал из рук и болтался на шунте, ударяя прикладом по ногам. Здание содрогнулось. Челнок накренился назад и начал проваливаться. Станислав повис в воздухе, цепляясь за сходни одними пальцами. Когда бот встал почти вертикально, десантник смог упереться локтями и коленями и забрался на трап. Перебросил себя через люк и полетел вниз, скребя спиной по рифленой поверхности, высекая броней искры. Задел ногой какой-то выступ и дальше уже падал, кувыркаясь в воздухе.

Удар о доспех другого десантника прекратил его полет.

Затем бот провалился. Каменные обломки застучали по бронекостюму, облако пыли заполнило отсек, и Станислав видел только сектор тактического экрана, на котором отображалась информация со шлема Франца. Она была более-менее четкой.

Его напарник был еще жив, он бежал по лестнице, спускаясь вниз, и вертел головой в разные стороны, то и дело поднимая взгляд вверх.

— Франц! — закричал Станислав.

Но тот его не слышал.

Грохот обвала заглушил скрежет челнока. Из-за тряски Стэн с трудом различал, что происходит с Францем. Вот перед другом рухнул кусок бетона, обрушив лестницу. Напарник рванул к окну и почти добежал до него, когда изображение резко ринулось к полу. Картинка сместилась: Франц обернулся. Он лежал на полу, а ноги придавил большой обломок; потом взгляд несчастного метнулся вверх. Станислав увидел, как падает огромный кусок бетонной плиты. В следующую секунду изображение на экране исчезло.