— Ну и что теперь делать?! — заорал он, поворачиваясь к кудеснику.

Но тот все никак не мог прийти в себя:

— Ай-ай-ай-ай-ай-ай…

— Нет, но делать-то что?!

— Ай-ай-ай-ай… — Запнулся, уставился на Глеба. — А что делать? Ничего не делать.

— Но ведь кому-то же за это отвечать!

— Непременно, — со всей убежденностью подтвердил Ефрем. — Шутишь, что ли? За такую-то страсть… — Вновь проникся ужасом случившегося, обессмыслил глаза и замотал встрепанной бороденкой, явно собираясь завести по второму разу: «Ай-ай-ай-ай..».

— Так нам же с тобой и отвечать!!!

Тут уж колдун не запнулся, а просто осекся.

— Ну ты, я гляжу, себя уважа-аешь… — протянул он, слегка отстраняясь от Глеба, словно бы не в силах охватить его единым взглядом. — Не рынок, чай, не бассейн… Контрразведка! Кто ж этакие дела на частных лиц вешает? Позору не оберешься! Тут, брат, международный терроризм приплетать впору… Да он, помяни мои слова, и сам себя приплетет. Что ж там, дураки, такой лакомый кусочек терять?

Несколько секунд Портнягин стоял неподвижно. Затем в прищуренных глазах его затеплилось понимание.

— Ловко… — пробормотал он.

Колдун тем временем снова осунулся, погрустнел.

— Надо же… — сетовал он. — Вот времена… Генерал-то, а?.. Какую ногу хоть: левую или правую?..

— Как же ты это подстроил? — тихонько спросил Глеб. Оборвав причитания, кудесник с угрозой воззрился на питомца из-под косматых бровей.

— Ты смотри еще так кому-нибудь не скажи, — строго предупредил он. — Подстроил… Как ты такое подстроишь?

— Да? А кто вчера идола гладил?

— А кто позавчера перед крытым рынком головой качал? — с блеском парировал Ефрем.

— Ну так рынок-то стоит пока!

— Пока стоит… Портнягин перевёл дух.

— Хочешь сказать, само все вышло?