Когда разыгравшаяся фантазия стала рисовать Николаю подземные города с электрическим освещением, он отогнал неправдоподобные мысли и встал. Чтобы понять странное явление, нужно было спуститься в кратер. Но астронавту до прибытия основной группы ученых категорически запретили заниматься исследованиями, не относящимися к поискам посадочной площадки. Взглянув еще раз на далекий черный люк, он начертил схему расположения ближайших горных вершин, наметил путь следующей вылазки и двинулся вниз, к кораблю.
Дойдя до места, где начиналась зона пыли, Николай сделал важное открытие. Он понял, что заблудиться на Луне невозможно. Пыль сохраняла следы, причем сохраняла их надолго, потому что до микроскопических частиц почвы не дотрагивался ни ветер, ни дождь, и всякий отпечаток мог существовать десятилетиями, пока какой-нибудь метеор не попадет в это место. Пыль была своеобразной визитной книгой Луны.
Ступая по своим следам, Николай представлял, как через недели две ученые начнут листать эту книгу, опустятся в кратер Архимеда. И если, вопреки предположениям, планета обитаема,-ни один живой организм не останется незамеченным.
Усталый, но довольный вернулся астронавт на корабль. Освободившись от скафандра, он выпил горячего бульона и, погрузившись в кресло, заснул.
Проснулся он с таким чувством, будто проспал вечность. На самом деле прошло не больше пяти часов. Солнце все еще стояло низко над горизонтом. До лунного полдня было далеко.
Николай подошел к радиостанции, нажал кнопку. Из узкого окошка высунулся кончик телеграфной ленты. Астронавт перечитал телеграммы с Земли.