Это было для него шоком.

Он знал все жетоны, которые существовали на свете. Он знал их все, от простых зелёных жетонов хозяйственной полиции, красных галактической криминальной полиции, до серебристых военной службы безопасности. На всех них было одно и то же изображение: маленький земной шар, а под ним две буквы, С и Л. Цвет жетона означал размер помощи, которую его владелец мог ожидать от властей.

Серебро было высшим из того, что Фройд видел когда-либо в своей жизни.

Он никогда по-настоящему не верил, что существуют фиолетовые жетоны, которые намного превосходят по рангу серебристые. До сих пор.

То, что Лэндри держал в руке, было именно фиолетовым жетоном.

— Вы видите это, Коулмен, — серьёзно сказал он, — эту вот штуку? — После этого жетон снова исчез в его кармане. — Я, конечно, могу дать вам его для проверки. Но, прежде всего, отзовите назад вашу экспедицию! Она должна вернуться как можно быстрее и снова прибыть в Модессу.

— Это он, — сказал Фройд и указал в чад.

Рону Лэндри пришло в голову, что никто не может ожидать найти на одном из этих «новых» миров пивную, которая носит в себе запах и следы столетий. Но здесь, несомненно, была такая.

Рон Лэндри и Ларри Рэнделл в сопровождении Фройда Коулмена посетили её после того, как Фройд после второй их беседы в кабинете офицеров земного флота получил заверение, что существует человек, который знает стеклянные леса лучше всех, и что его, скорее всего, можно найти в этом шинке.

Лофти Паттерсон, для Рона и Ларри пока что маленькая худая фигурка в чаду и шуме, был лучшим знатоком планеты, единственным выжившим из первой группы поселенцев, которые высадились на Пассе пятьдесят четыре года тому назад.

Рон приглашающе махнул рукой. Фройд шагнул в чад, а Рон и Ларри остановились около двери. Рон увидел, как Фройд похлопал по плечу пожилого человека и заговорил с ним. Лофти пару раз кивнул, и Фройд, наконец, указал на дверь. Потом они оба подошли.