Во-вторых, бывают ситуации, когда без них просто не справиться. Наконец, фактории, как и всякое большое дело, требуют немалого обслуживающего и административного персонала, и опять-таки женщины тут незаменимы.

У входа в резиденцию я по привычке бросил взгляд на два ряда флагштоков, выстроившихся вдоль тисовой аллеи, ведущей к крыльцу.

Справа висели вымпелы с изображениями животных, имена которых носили стоявшие в данный момент у причалов суда, слева — личные вымпелы капитанов.

Вымпела Иветты, к своему огорчению, я не увидел. Мой вымпел и вымпел Дмитрия поднять пока тоже не успели. Зато был в наличии штандарт Ятэра. Неплохо, надо будет навестить старика.

Миновав резную двустворчатую дверь, мы поднялись по винтовой лестнице в приемную капитана базы, где сидели несколько человек, с которыми я перекинулся парой слов.

Тут же отирался один из помощников главного эконома — Нат Тернер, наш старый и не очень добрый знакомый, с которым у нас, как, впрочем, и почти у всех капитанов, шла глухая и непрерывная война. Мы сделали вид, что его тут нет.

В приемной, за конторкой с электронной пишущей машинкой, ПК и селектором — командор нашей базы оформил свои служебные апартаменты в соответствии с известными ему достижениями новейшей техники, — восседала его старшая личная секретарша, немолодая и некрасивая особа.

Впрочем, она могла позволить себе быть немолодой и некрасивой, так же как могла позволить себе иметь неработающего мужа на пятнадцать лет моложе себя.

Мэри Джексон была единственной среди нас, кто хорошо изучил язык Хэолики, да не просто канааль — низкую речь, но и обе высоких — керану и миал. Она могла не только свободно общаться с островитянами при отключенном лингвестре, но и составлять официальные отчеты, так что, несмотря на вроде бы невысокую должность, ее статус был никак не ниже капитанского.