РАЗВЛЕЧЕНИЯ ВЕТРОТЕКУЧИХСнится бабочка святому.Снится бабочке святой.Над моей тропинкой к домуСвет сияет золотой.В пустоте родится нечто —То, что прежде пустоты:Тьма и свет, и чет, и нечет,И деревья, и цветы.Происходит столкновенье,Узнаванья смех и дрожь.Сладость каждого мгновеньяТы, теряя, обретешь.Жизни горечь и истомуТы узнаешь в миг простой-Снится бабочка святому.Снится бабочке святой.

Чтецу рукоплескали. Он – совсем юный, но уже отмеченный небрежным поцелуем славы – взмахнул рукой с раскрытым веером и крикнул:

– Еще по кувшину шансинского всем! Да что за служанки в этом заведении – их не дозовешься!

В ответ раздался возмущенный возглас:

– Неправда ваша, достойный господин! Мы уже все ноги оттоптали, без конца подавая вам вина и закуски!

Молоденькая и оттого прелестная служанка, набеленная и насурьмленная сверх всякого разумения, принесла глиняный кувшин и принялась разливать вино в чарки. Чтец, который только что восхищал всех своими стихами, получил чарку первым и осушил ее со словами:

– Пусть нас не оставит удача, даже если мы и не выдержим экзамена!

– Ты, видно, из рода беспечных небожителей, добрый поэт! – сказал на это тот самый соискатель, которого императорский каллиграф мысленно назвал «томным северным красавцем». – Совсем не переживаешь за свою карьеру.

– Карьера?! – рассмеялся поэт. – Это слово выдумано скучными людьми, у которых в жилах вместо крови текут чернила.