Здесь существо остановилось, почувствовав первые волны какого-то непонятного воздействия, присутствие силы. Но близился рассвет, а ему еще надо было найти эликсир. Оно втекло наверх по ступеням и, как дым, просочилось сквозь полуоткрытую дверь в пятиугольную комнату... и снова остановилось.

Да, эликсир был здесь. Где-то. Здесь! Но здесь было и что-то еще. Сила стала сильнее, стала почти непереносимой...

Моора Данда Сануси подплыл ко второй двери, не оставляя за собой следов. Но перед дверью он остановился в третий раз. Что-то безумно злило его; что-то, чего он не мог видеть, но что незримо присутствовало здесь, разлитое в воздухе, проникшее в камень стен, что-то, пропитавшее сам эфир. В этот миг первые лучи солнца коснулись высоких пыльных окон и проникли внутрь, разбившись на сотни маленьких лучиков всех цветов радуги!

Восход солнца и свет, который породило светило, в десятки раз увеличил незримую силу. Магическая сила Мооры Данды Сануси начала покидать его. Вернулась нежеланная твердость, а с ней и вес, и в пыли стали вырисовываться слабые отпечатки ног, ведущие обратно в пятиугольную комнату и пересекающие ее каменный пол. Мертвец наткнулся на пьедестал, скинув с каменной чаши покрывало, и его рука на миг попала в воду.

Агония! Немыслимая агония! Существо, каким был Данда, не должно было почувствовать боли, так как умерло давным-давно, и все же боль пришла. Моора Данда Сануси узнал эту боль и понял ее источник — эликсир. Да, эликсир, но больше не заключенный в стеклянной тюрьме, опасный эликсир.

Существо вырвало свою мумифицированную руку из воды и побрело к лестнице, ведущей вниз, в темноту и спасение. Но это место больше не было убежищем для Мооры Данды Сануси, мертвого уже больше двухсот семидесяти лет. Проникая сверху сквозь мутное стекло многочисленных высоких окон, солнечные лучи образовали пламенеющую решетку копий, устремляющихся вниз, в пятиугольную комнату. Копья света вонзились в существо из загробного мира, пожирая его точно так же, как эликсир поглотил его руку.